Бизнесмен Максим Фрейдзон рассказывает о коррупционных схемах, в которых участвовал Путин, и союзе КГБ и бандитов Нью-Йорке бизнесмен родом из Петербурга Максим Фрейдзон пытается судится с компаниями Газпром и Лукойл и их руководством в рамках закона о «подпавших под влияние рэкетиров и коррумпированных организациях». Фрейдзон утверждает, что эти компании незаконно приобрели его доли в нефтяном бизнесе, существовавшим с 90-х. Фрейдзон оказался свидетелем ранней карьеры Владимира Путина и решил рассказать подробности. Пресс-секретарь президента Песков не ответил на запрос Радио Свобода о комментарии, но сделал публичное заявление об атаке на Путина со стороны западных изданий, интересующихся событиями в Петербурге 90-х. Гражданин Израиля и России Максим Фрейдзон потребовал от структур "Газпрома" и ЛУКОЙЛа в целом 540,9 миллиона долларов в качестве компенсации за долю в подконтрольном им ЗАО "Совэкс" – до 2013 года единственном ТЗК петербургского аэропорта Пулково. Иск был поданв суд Южного округа штата Нью-Йорк 18 июля 2014 года, ответчиками были названы ЛУКОЙЛ, Lukoil North America, "Газпром", "Газпром нефть" и "Газпромнефть-Аэро". Персонально ответчиками названы председатель совета директоров «Газпрома» Алексей Миллер, генеральный директор «Газпром-нефть» Александр Дюков и директор бункеровочной компании «Лукойл-бункер» Али Беглов. Всем этим людям Фрейдзон приписывает связи с криминальным миром, иск подан в рамках так называемого закона RICO – о «подпавших под влияние рэкетиров и коррумпированных организациях». Максим Фрейдзон утверждает, что с 1994 года владел 29% акций компании "Сигма", которой принадлежали 66% акций "Совэкса". Его партнером был ныне покойный Дмитрий Скигин, контролировавший 71% акций "Сигмы" и 34% акций "Совэкса". Фрейдзон, переживший покушение на свою жизнь в начале 2000-х и получающий многочисленные звонки с угрозами, относится к иску в Нью-Йорке философски: вначале суд не смог добиться передачи иска ответчикам, а недавно решил, что события предполагаемого преступления происходили в России, а значит, иск нужно подавать там. Впрочем, отмывание средств при торговле нефтепродуктами, все же происходило в Нью-Йорке, доказывает Фрейдзон, поэтому он готовится обжаловать отказ о принятии иска к рассмотрению. Его рассказ проливает свет на довольно закрытую сторону биографии президента России Владимира Путина: его деятельность в Санкт-Петербурге в 90-е. Читайте также: Богуцкая: Путин в марте убил Кабаеву В Санкт-Петербурге Максима Фрейдзона помнят как «Макса-оружейника», то есть человека, занимавшегося оружием. Было и другое прозвище: «провайдер-автомат» – Фрейдзон одновременно владел компанией по предоставлению интернет-доступа. Затем он занялся нефтяным бизнесом. Бизнес-партнер Максима Фрейдзона Дмитрий Скигин попал в поле зрения французской полиции с в связи с подозрениями в отмывании денег, был выслан из Монако и упоминается в отчете французской полиции (имеется в распоряжении РС) как член «Тамбовской» группировки, работавший вместе с Ильей Трабером (по кличке «Антиквар»). О подробностях взаимодействия с властями Санкт-Петербурга с одной стороны и преступным миром – с другой Максим Фрейдзон рассказал в интервью РС, записанном в Нью-Йорке:    я стал жертвой преступной группы, состоящей из коррумпированных чиновников и бандитов – Я подал судебный иск против компаний «Газпром», «Лукойл», «Газпром-Аэро», «Газпром-нефть» по поводу незаконной покупки моей собственности, а именно акционерного пакета в компании ЗАО «Совэкс», созданной в 1995 году.  Смысл моего обращения в американский суд – я стал жертвой преступной группы, состоящей из коррумпированных чиновников и бандитов (в рамках так называемого закона RICO – Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act, «о «подпавших под влияние рэкетиров и коррумпированных организациях»). В эту группу входили Владимир Кумарин, Алексей Миллер, Сергей Васильев, Александр Дюков, Илья Трабер, Грэхем Смит, Дмитрий Скигин. Я не упомянул в судебных документах Владимира Путина, о котором речь пойдет ниже, чтобы не нагнетать политики в и без того сложное дело. В России судить этих людей я не могу по понятным причинам – физически опасно и нет надежды на справедливое решение, хотя я пытался. Поэтому я хочу судиться в Америке и приложу все силы, чтобы убедить суд, что в России сейчас судить команду Путина опасно и нет надежды на справедливое судебное решение. Как я понял, суд сказал, что по срокам давности и по заявлению претензий нет, но вопрос юрисдикции остался открытым, и я  буду бороться дальше. Бизнес в Петербурге я начал в 1993 году с того, что мы попытались организовать компанию по производству полицейского оружия в России. В тот период была программа конверсии и такая же программа существовала в Соединенных штатах, где выделялись государственные деньги на конверсионные программы. Кроме того, оружие полиции того времени, да и сейчас – это не полицейское оружие. Автомат Калашникова, который применяется в городе, опасен на достаточно большом расстоянии. Полицейское оружие предполагает меньшую дистанцию поражения, поэтому полицией всего мира используются гладкоствольные дробовики. http://antikor.com.ua/articles/42934-on_prosto_pisal_summu_po_vremja_besedy
Опубликовано в Новости Украины

ТОП новости

Вход

Меню пользователя